IV Международный Фестиваль Мартина МакДонаха подвел итоги

08.10.2020 12:43 0

7 октября, в 32-й день рождения театра «У Моста», в Перми подвели итоги IV Международного фестиваля Мартина МакДонаха — вновь по приглашению и инициативе Пермского театра «У Моста» и его художественного руководителя, заслуженного артиста РФ Сергея Федотова на сценических площадках Перми в течении недели шли мрачные комедии и притчи, таков уж МакДонах, столь полюбившийся российской публике.

24 спектакля и читки по пьесам талантливого ирландского драматурга и киносценариста МакДонаха показали в Перми за неделю 20 театров из России и зарубежья, гости из других стран прислали видеоверсии своих спектаклей, которые участвуют в фестивальной программе онлайн — фестиваль состоялся. В Пермь свои спектакли привезли театры из Москвы, Санкт-Петербурга, Ижевска, Чебоксар, Абакана, Краснодара, Воронежа, Ирбита, Ялты, Воркуты, Уфы. Театры из Ирландии, Испании, Голландии, Италии, Эстонии, Украины и Белоруссии заявились в онлайн-формате. Так театр «У Моста» снова сделал невозможное — даже в период закрытия границ он открывает своим гостям и участникам все пространство удивительного мира Мартина МакДонаха — мира страстей, любви и жажды жизни.

Калека, кто без сердца

Одна из наиболее популярных и трогательных пьес МакДонаха и на этот раз растопила сердца аудитории. Причем каждый театр сделал это по-разному.

«Калека с острова Инишмаан» Государственного русского драматического театра Удмуртии (Ижевск) не церемонится: зрителя берут за шиворот и отправляют на остров, с которого через океан (а он занимает почти ползала) ты смотришь, что там на Инишмаане?
А там камни — то серые как тягучие холодные дни, то черные как могильные плиты, то всех цветов зелени, что так радует ирландское сердце.
Минимализм сценографии с максимализмом океана лучше слов критиков дают понять, что такое жизнь на маленьком острове с суровыми ветрами, где уехал Билли и уже 156 человек всего и остались. Тут не затеряешься, разве что в историях, сплетнях, полуправде и любви. Все в тонких нитях отношений — любви и нелюбви, ненависти и вражды, нежности и трепета — контрастные, смешанные, трогательные, с презрением, с прицелом на выгоду, всё, что присуще людям чувствовать и переживать.
Хакасский национальный драматический театр им. А.М. Топанова первую постановку «Калеки» сделал четыре года назад, и она вызвала бурю эмоций у местной публики: поставленный на волне начавшейся моды на МакДонаха спектакль критиковали учителя, родители и… пришлось его «положить под сукно». Для участия в фестивале решили возобновить спектакль, но увидели его совсем иначе. Спектакль необычен с первых минут — все женские роли, кроме Хелен, исполняют мужчины, а Джонни Патинмайк носится по сцене на каблуках и внутренняя женская сущность сплетницы стала его образом наяву. И эти перевертыши оправданы: действительно, не превратились ли в мужчин тетушки Билли в бесплодном ожидании любви? Что это было? Реальность, вымысел или съемки? Может сложиться по-разному…
Удивительное сочетание ирландского текста и сюжета, хакасского горлового пения и музыки, водевильной подачи не мешает проникать вглубь идеи автора, все это лишь погружает в основную тему взаимоотношений между людьми, где бы они ни жили.
Внутренний хакасский камертон настроен в унисон с ирландскими мотивами МакДонаха: преданность родной земле, верность традициям и привязанность к своим близким показаны очень трогательно. И смена локации в финале спектакля, следующая за этим смена настроения словно окунают нас в волны вокруг острова, волны грустной хакасской мелодии, завершающей этот почти шаманский обряд возвращения к любви, к истокам, к началу начал. Спектакль получил специальный приз жюри фестиваля.

В версии «Калеки» от Ялтинской лаборатории современной драматургии роль Калеки Билли играет актёр, на своем опыте понимающий, что такое — быть другим, чем остальные. Но фишка не в этом, а том, что в условиях минималистических декораций крымчане попытались найти ответ — где в нас любовь?
Погружение в атмосферу Инишмана происходит ещё до начала спектакля: свет в зале приглушен. В художественное пространство острова включаются и все фойе театра «У Моста»: актёры бегают и лупят друг друга далеко за пределами сцены, все это отчётливо слышно в зале, периодически актёры обращаются к зрителям, причём с приглашением к реальному диалогу, без всяких риторических вопросов. Актеры, словно дети, играли в сюжет МакДонаха, наслаждаясь игрой — в ход шел реквизит, слова автора, характеры персонажей, свет, цвет, тон голоса, словно дети на берегу моря пытались из мокрой гальки выстроить замок. Замок, где любовь еще светит, подобно маяку, где каждый может оказаться не тем, кем кажется…

Самоизоляция любви

Особенно пронзительно во времена социального дистанцирования звучит тема любви и ненависти между родными людьми — эта тема ярко прописана МакДонахом в «Сиротливом Западе». Именно этот спектакль в постановке Сергея Виноградова (Московский театр под руководством А. Джигарханяна) открывал фестиваль. На этот раз перед нами самое «российское», причем современное прочтение этой пьесы – братья Вален и Колмен носят пацанский «Абибас», спортивные шапчонки, пьют самогон вместо виски, не хватает только «семок» вместо чипсов, ну и, может быть, смартфонов в руках, чтобы картина окончательно стала современной, а для Перми так и родной, усмехнется зритель. На самом деле это весьма своеобразный «макдонаховский» интертекст. Даже шахматная доска на стене – прямая иллюстрация той партии, в которую играют братья по завещанию отца Уэлша. Утопившийся священник просил братьев вспомнить все свои грехи в отношении друг друга. И братья даже покаяние превращают в состязание, не уловив глубины происходящего, так и оставшись детьми… Приз за лучшую мужскую роль в этом спектакле получил Михаил Железнов (Вален Коннор).

Труппа театра Станиславский.com (Чебоксары) свой «Сиротливый Запад» вынашивала долго. Антон Савельев, режиссёр спектакля, с 2011 года носит в себе эту «занозу»:
Спектакль, как признают артисты, достаточно мужской: «Так получилось, что большая часть зрителей — женщины. Но, когда к нам приходят мужчины, мы замечаем, что от резкого неприятия они приходят сначала к приятию, а потом, когда есть сцена псевдопримирения между братьями, вот тогда, в итоге, мужчины реагируют очень сильно». Это единственный спектакль в репертуаре, который команда готова играть «для себя», не думая о коммерческой стороне вопроса. Тут не было ирландцев, русских или кого-то еще, возможно, даже не было католического священника. Каждый персонаж был не похож на другого, каждый был своеобразным, калейдоскоп образов, костюмов, мимики, характеров, словно режиссер решил объединить в одной истории не только разные судьбы, но и разные вселенные. Специальный приз Президента Фестиваля за роль Коулиэна в этом спектакле получил Роман Смирнов.

Коллектив из Краснодара «Один театр» свой «Сиротливый Запад» поместил в необычное пространство — это дом без стен, зрители как бы подглядывают за жизнью двух непримиримых братьев. По краям натянуты веревки, простыни на которых служат ширмами, позволяющими братьям обозначить личное пространство, и в то же время это и есть то самое «грязное белье», которое обычно прячут от посторонних глаз. Сохраняя макдонаховский текст, режиссер не скупится на оригинальные решения. Не может оставить равнодушным сцена, где отец Уэлш, читая письмо, обращается попеременно к каждому из братьев. Братья же в это время спят, храпят и хрюкают за ширмами – в следующих сценах мы понимаем, что это очень точная метафора. Мы видим и то, что обычно скрыто от глаз и лишь подразумевается в действии за сценой — сами похороны, утонувшего Тома Хенланна, его плачущую мать, то, как герои пьесы ведут себя вне дома. И это тоже раскрывает и идею, и характеры. Спектакль завершается на светлой ноте, «Один театр» органично «дописал» открытый финал МакДонаха, зритель покидает зал с верой в случившееся чудо…

Руки наполовину есть, или наполовину нет

Одна из самых фантасмагорических историй МакДонаха — «Безрукий из Спокэна» понравилась многим театрам-участникам.

Читка или набросок будущего спектакля по «Безрукому», представленный на Фестивале молодым «Ночным театром», показал, сколь ярким может быть набросок влюбленных в МакДонаха людей. У режиссера Дмитрия Тарасова получилась версия на стыке театра и кино, наполненная личными историями. По-питерски интеллигентный убийца Кармайкл, для которого кровь и насилие — лишь неприятная «подробность» на пути к гармонии, где надо и поговорить, и вернуть свое, и наконец, сказать матери, что на самом деле думаешь. Вряд ли хоть в одной версии пьесы Кармайкл создает такое противоречивое ощущение на грани спокойствия/безумия/незащищенности.
Эти четверо составили ансамбль, где актеры играют не только свои роли, а все вместе — общую роль образа спектакля. То в круге света пьяным бредом делится Марвин, а остальные «подают голоса», то все они создают ауру Кармайклу, буквально запутавшись в тумане этой странной истории, где все немного безрукие. Безрукий без близких Марвин, чьи друзья лишь украденный кактус и умерший гиббон, безрукая в своем безделье парочка, продающая все от травы до отрезанных рук и своих отношений, безрукий без покоя Кармайкл. Заслуженно «Ночной театр» получил премию фестиваля «Дебют».

Не все подушки мягки

Были на фестивале и несколько версий «Человека-подушки» самого удивительного спектакля ирландского драматурга.

Одна из них — от Orange Theatre из Нидерландов (реж. Роки Хопсон). Голландцы удивили: роли Тупольского и Ариэля исполняют женщины. Аннотация умалчивает этот нюанс, и появление дамы с чупа-чупсом в образе Ариэля у некоторых вызвало настоящий шок. Что это — мир, где все перемешалось, в том числе правда и неправда? Ощущение, что зрителя намеренно водят за нос, нарастает… Единственное, что напоминает о месте действия – скрип тяжелой двери, который раздается всякий раз, когда кто-то входит или выходит на сцену. Все эти контрасты, все оксюмороны в спектакле Orange Theatre не просто режиссерский «закидон», дань моде — таким образом голландские участники указывают на те абсурдные противоречия, которыми наполнена жизнь в тоталитарном государстве, да и вообще в современном мире. Можно возразить – к МакДонаху нечего добавить, тем более на заданную им самим тему… Но, возможно в этом и задача как театра в целом, так и Фестиваля МакДонаха в частности… Призы: за лучшую женскую роль второго плана — Джина Лампрелл (Gina Lamprell) – Тупольски; и за лучшую мужскую роль второго плана: Эли Торн (Eli Thorne) – Михал.

«Человек-подушка» испанского театра “PezKao” — очень живой и динамичный спектакль. Весь сюжет МакДонаха участники из Сарагосы уложили буквально в полтора часа действия! Реплики героев резкие, быстрые, оформление сцены мрачное. Образы героев очень точные: ты смотришь на испанского Михала и видишь, как этот хитрый веселый парень ловит и мучает ребенка! Сцены рассказов Катуряна показаны в виде настоящего фильма, который проецируется за спиной Катуряна, читающего свои сочинения. В какой-то момент на сцене даже появляются два Катуряна, а в конце спектакля мы попадаем в подпространство, где возникает диалог героев-детей и их душ после смерти. Спектакль получил специальны приз жюри.

Молодой уфимский «the Театр» (режиссер Руслан Абраров) креативно интерпретировал знаменитую пьесу, при этом креатив шел вглубь и не был наносным: полицейские (а полицейские ли эти люди в шляпах волшебников?) постоянно менялись ролями, были загримированы в стиле «Пилы», разговаривали металлическим бесполым голосом, порой срываясь в истерику… Действие разворачивается на помосте, обернутом полиэтиленом, который служит занавесом. Декорации «работают» — то это листы бумаги, на которых пишется история, причем порой кровью, то это мятая подушка, полная кошмаров. В спектакле активно используется краска — один из ключевых лейтмотивов пьесы («Сказка о зелёном поросёнке»). Оригинальным было и звуковое оформление: рассказ «Маленький Иисус» звучал из динамиков прямо в антракте. Как говорит режиссер Руслан Абраров «the Театр» не боится быть острым, провокационным, дерзким.
Разбирать эту постановку можно долго и со вкусом — кто автор истории, не случилась ли она вся внутри воспаленного мозга Катуряна, который красными прожилками на прозрачном целлофане вибрирует под сценой, или это его субличности, с которыми он пытается перепрожить свои отношения (и правда, почему полицейские играют все подряд и обнажаются к финалу?), и все его планы летят к чертям, как белые листы текстов, не ставшие партитурой истории. Он сам в шоке от своих героев и от себя — ведь каждый может оказаться им, и он — каждым. И кто тогда имеет «неоспоримое право» хоть на что-то? Где граница между добром и злом? А может, стоило дать истории идти своим путем, и чьи-то мучения всегда источник чьих-то побед… Спектакль получил специальный приз жюри.

Не все красавицы одинаковы

Одна из самых любимых зрителями пьес — «Красавица из Линэна» тоже получила признание среди участников фестиваля.

Одна из версий — из Ирбита. Театр, которому уже вот-вот исполнится 175 лет, удивительно проникновенно звучит словами, криками, воплями, шепотом и нежностью МакДонаха. Впрочем, зрители с первых дней постановки спектакля в Ирбите писали: «Если спектакль ставит Сергей Федотов — сходить надо обязательно. Если спектакль по пьесе МакДонаха ставит Сергей Федотов в Ирбитском драмтеатре — посмотреть его просто необходимо. Сценография, режиссура, игра актеров — всё сошлось!» Тонко и проникновенно совсем иную, не у-мостовскую историю, рассказали зрителям актеры из Ирбита. Удивительно нежно звучит, а затем устало обрывается мелодия любви Морин и Пэйто, мамаша Мэг абсолютно органична и гротеск не в ее поведении, а в той ситуации, в которую загнала жизнь — неплохие в целом люди вдруг сплелись в отвратительный клубок обид и болей. Почти гротесковая комедийность неожиданно срывается в эмоциональную бездну и неотвратимую трагическую развязку. Режиссер Сергей Федотов заставляет зрителя почти весь спектакль смеяться над чудачествами и абсурдностью героев, а в финале шокирует нравственным очищением. Видно, как внимательно продуманы декорации и звуко-шумовое сопровождение спектакля — тут так уютно, но так зябко из-за холодных сердец хозяек, что лишний раз подтверждает — не огонь в камине греет дом, а тепло души человеческой. Ощущение, что эти герои не успели научиться любить, не давали себе этот труд, и теперь робкие их шаги заканчиваются обрывом в пропасть холода, который превращает красавицу Морин в ту же Мэг. Судьба? Рок? Не знаем… Спектакль театра из Ирбита получил ГРАН-ПРИ Фестиваля.

Минская «Королева красоты из Линэна» встретила зрителя в разваливающейся лачуге с протекающей крышей, в центре комнаты — прялка. Течет день за днем обычная жизнь дочки и матери, вроде любящих друг друга, при этом каждая занимается собой и в семейной беседе незаметно, слово за слово, дело доходит до скандала, где весь годами скопленный внутренний багаж ненависти и злобы выплескивается потоком. Спектакль полон находок, которые при нынешней известности МакДонаха уже можно назвать неожиданными. Вот мы слышим песни и вскрики ночи любви, видим движения силуэтов за прозрачной ширмой и слышим их сладострастные стоны. На самом же деле то были старческие стоны и кряхтения вечно недовольной матери, которая появляется в комнате.
И, как всегда, много «секретиков» — ветхая лачуга как символ истрепленных и ветхих душ героинь — одной от старости, другой с психическими проблемами. Протекание крыши словно символ «протекания крыши» матери и дочери, а вращение прялки — как та бесконечная круговерть с известной фразой: сколько веревочке не виться, а конец близок! Спектакль минского театра получил специальный приз жюри.

«Королева красоты из Линена» в трактовке Воркутинского драматического театра — и правда драма. Спектакль гостей из Коми — предельный натурализм и мощнейший накал страстей. Все участники фестиваля играют очень эмоционально: по сцене летают то отрезанные руки, то осколки гипсовых статуэток, патроны, вещи, оружие. Здесь же Морин выплеснула в зал горшок мочи — вместе со всей своей болью непрожитых в любви лет, вместе со всей ненавистью к матери и самой жизни, вместе со всей силой надломленной психики, и надо сказать, это было шоком. Не нравится? А жить, как Морин и Мэг, а дойти до «психушки» и бояться это даже вспоминать, а говорить о несуществующем прощании с любимым — нравится?! Жизнь героев именно такова: в дерьме своих обид и ругани, в нежности своей любви и мечты. И на этих эмоциональных качелях зрителя бьют наотмашь по щекам то криками, то драками, то правдой. И только Мэг качается в кресле с отрешенным видом, лишь изредко позволяя себе едкие высказывания и хитрые поступки, на самом деле смотря вглубь себя — все ли идет по ее плану. Ведь по большому счету именно она — главным режиссёр и первый зритель развернувшейся драмы, которая заканчивается трагедией для неё же самой… Специальный приз жюри получила Оксана Ковалёва (Морин Фолан).

Завершил «парад королев» эстонский Tammsaare Teater — и вопреки распространённому стереотипу «ирландские эстонцы» были очень энергичны: речь артистов совсем не казалась медленной, а действие развивалось стремительно. В час пятнадцать они смогли уложить всю историю, правда, пожертвовав частью сцен, а другие буквально «перемешав» между собой. Например, письмо Пато читается здесь отрывками на протяжении всего спектакля. Мэг напоминает скорее жизнерадостную европейскую пенсионерку, которую мы можем наблюдать на курортах, нежели злобную ирландку. Чем же она так насолила эстонской Морин? Каким Пато надо быть, чтобы самому написать Морин о помолвке с другой? На эти вопросы нам еще придется искать ответы — в своей голове и по-эстонски неспешно. Зрителям остаётся лишь догадываться, что же произошло в сценах, которые режиссёр исключил из сценария, и почему финальную песню для Мэг заказала сама Морин…

Поле горечи и судьбы

Но пока МакДонах требует кастинга одноногой негритянки-карлицы для постановки своей новой пьесы «Темная, темная, темная материя», театр «У Моста» продолжает открывать для себя новых авторов. На фестивале был показан премьерный спектакль «Поле» в постановке Сергея Федотова по пьесе одного из величайших ирландских драматургов Джона Б. Кина.
История о том, как ради клочка земли люди готовы уничтожить всех и всё на пути достижения своей цели. А главное — уничтожить себя. И эта давняя история в глухой ирландской деревушке — вне времен. Когда угодно человек может сделать нечто своей сверхцелью, где угодно родитель может решить, что дело его жизни автоматически становится и делом жизни его детей, кто угодно может до беспамятства делить людей на своих и чужих, считая весь мир врагом…
И просто окунувшись в эту пучину, смеясь над ситуациями и диалогами, ты вдруг понимаешь, почему так страшно сыну хозяйки паба выйти на улицу, почему даже зеркало с собственным лицом не останавливает Быка в своей ненависти ко всему — потому что внутри каждого из нас кроется бездна… и не у всех есть силы справляться с ней…
А путь к пропасти начинается с одного шага, за которым второй и третий, и так далее — путь в никуда…
Сергей Федотов и труппа «У Моста» вновь искусно сплели эту крепкую рыбацкую сеть спектакля, из которой невозможно вырваться, так она заманчива и причудлива, с одной стороны, так она проста и безыскусна, с другой..
И ты смеешься и плачешь, плачешь и смеешься, хочешь тут же обсудить героев и неожиданно теряешь дар речи и уже нечем дышать — ты живешь вместе с героями, а запахи ирландского деревенского паба пропитывают кожу, и вот ты уже там…

Прощай, IV Международный фестиваль Мартина МакДонаха, в череде странных событий пандемийного года ставший не менее странным, но ярким и позитивным — и ждем тебя, V фестиваль!

ИТОГИ IV Фестиваля МакДонаха

Дипломы Лауреатов:

Источник

Предыдущая новость

Иностранные пользователи Фейсбука поддержали решение Путина баллотироваться на следующий срок Подводный флот России «сдерживает» военные амбиции Пентагона Порошенко намерен выиграть выборы с помощью томоса В Иране предложили вознаграждение $3 млн за убийство Трампа Павел Дуров готовится продать мессенджер Telegram

Лента публикаций