День мужества и народного единства: События тридцатилетней давности глазами очевидца

23.11.2019 15:54 0

23 ноября особенный день для осетинского народа. Его называют Днём мужества и народного единства. 30 лет назад граждане Южной Осетии встали на защиту своей родной земли. В республике именно этот день считают точкой отсчёта борьбы за независимость. Борьбы с грузинским национал-шовинизмом. О том, что происходило в ноябре 1989 года мы беседуем с непосредственным участником событий, известным политическим деятелем, экс-президентом РЮО Леонидом Тибиловым. В те времена он работал в КГБ Южной Осетии.

— Прежде всего, я хочу отметить, что нынешняя дата имеет огромное значение не только для Южной Осетии, но и для всего Кавказского региона. 23 ноября 1989 года, небольшая группа безоружных осетинских парней на въезде в Цхинвал остановила многотысячный марш грузинских фашиствующих молодчиков, намеревавшихся ворваться в столицу Южной Осетии. Впервые националистическая агрессия получила достойный отпор. И это послужило примером для всех, кто больше был не намерен терпеть оскорбления и унижение, поощряемые властями Грузии.

— Леонид Харитонович, а что послужило поводом для так называемого «похода на Цхинвал»?

— Тут необходимо вспомнить, что ещё при Советском Союзе в течение примерно 4-х лет в ряде грузинских СМИ была развёрнута националистическая компания направленная против народов и автономий входящих в состав Грузинской ССР. Прямые оскорбления чередовались с искажением исторической правды и совершенно необоснованными обвинениями. С экранов грузинских каналов уже были слышны разговоры о ликвидации автономий. Результатом всей этой вакханалии стало требование официального Тбилиси перевести всё делопроизводство в Южной Осетии на грузинский язык. При этом инициаторы этой идеи забыли об Основном Законе СССР – Конституции, где в статье 36 говорится, что «граждане СССР различных рас и национальностей имеют равные права. Осуществление этих прав обеспечивается политикой всестороннего развития и сближения всех наций и народностей СССР, воспитанием граждан в духе советского патриотизма и социалистического интернационализма, возможностью пользоваться родным языком и языками других народов СССР. Какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав, установление прямых или косвенных преимуществ граждан по расовым и национальным признакам, равно как и всякая проповедь расовой или национальной исключительности, вражды или пренебрежения — наказываются по закону».

Несомненно в Южной Осетии инициативу грузинских властей восприняли как посягательство на свободу общения на русском и родном языке, и категорически отказались от подобной практики. Это и стало поводом для лидера грузинского националистического движения, а позже и президента Звиада Гамсахурдия призвать своих сторонников к проведению «похода на Цхинвал». Об истинных целях этих фашиствующих молодчиков открыто заявил их вождь и вдохновитель: «Скоро я буду в Цхинвали с 10 тысячами моих соколов, и посмотрим, какую встречу им устроит общественность Цхинвали. Мы им свернем шею. Пол-Грузии будет с нами, и там будет видно, кто кого победит, чья кровь больше прольется». Необходимо учитывать, что к моменту похода на Цхинвал Грузия, формально остававшаяся в составе Советского Союза, была полностью под контролем национал-экстремистов, диктовавшим свою волю республиканским властям. Озабоченный намерениями грузинских националистов провести многотысячный митинг в Южной Осетии в Цхинвал приехал заместитель Главы КГБ Грузии Войцицкий Эдуард Павлович. Он прекрасно понимал, что ситуация, несмотря на все попытки, вышла из под контроля. Чтобы минимизировать риски он решил выяснить ситуацию на месте, что можно делать, а что нет. В КГБ Южной Осетии провели совещание. Я тогда работал в КГБ ЮОАО и был главой партийной ячейки. На его вопрос, ответил, что мы категорически против проведения каких-либо митингов, так как дальнейшие события могут развиваться по самому худшему сценарию. Гость сообщил, что приедет Глава Грузии Гумбаридзе в сопровождении высокопоставленных чиновников. Тем не менее, мы им ещё раз дали понять, что этого делать не следует. Однако они решили все же провести митинг.

— Как развивались события?

— Об этом сегодня достаточно много написано… В тот день к административным границам РЮО прибыло несколько тысяч человек. В основном это была довольно разношерстная публика. Главное, что её объединяло, умело подогретая ненависть. Эти люди были готовы на любые действия, и дай им волю всё бы закончилось кровью.

Поначалу разъярённой толпе противостояли всего несколько десятков человек – в основном это были молодые люди. Чуть позже к ним присоединились и другие граждане. В том числе и женщины. В Цхинвале был срочно организован штаб по координации сопротивления. Он находился в здании Верховного суда. Его возглавил Александр Шавлохов. В этот день большим испытанием стало возвращение домой в Цхинвал людям, которые оказались по делам в Тбилиси и других местах. Им необходимо было пройти долгий и небезопасный путь домой. В такой сложной ситуации оказалась и наша интеллигенция, которая провожала в последний путь известного учёного Тогошвили. Никогда не забуду слова Зинаиды Гаглоевой, которая встретив меня спросила: «Надеюсь, в город их не пропустили?». Ответил, что нет. «Ну вот и хорошо. Даже сложно представить, чтобы они с нами сделали», — сказала она.

— Грузинская сторона всё же сумела провести митинг?

— Да. Но не в городе и не рядом с ним. Но в основном для самих себя. Не получив возможность пройти в город, лидеры националистов решили выступить перед своими сторонниками. Выглядело это достаточно комично. Например, один из грузинских националистов Нодар Натадзе взобрался на бетонную стену, которая перед Зхудерской возвышенностью, но поскользнулся и упал почти с двухметровой высоты. После такого «полёта» ему уже было не до выступлений… Он сожалел, что приехал в Цхинвал.

— Как Вы считаете, чем была вызвана такая неприкрытая ненависть к автономиям?

— Взяв курс на выход из состава СССР, тбилисские сепаратисты рассматривали автономии как главное препятствие для осуществления своих планов. Разжигая националистическую истерию и ненависть к негрузинскому населению, по всей республике они устроили массовую антиосетинскую кампанию, обещая вымести осетин железной метлой за Кавказский хребет. За пару недель до марша на Цхинвал грузинские радикалы провели в Ленингоре акцию устрашения, настоящий погром, который должен был стать репетицией их действий в осетинской столице.

Уверенные в своем превосходстве и привыкшие встречать везде робость и беспрекословное повиновение, националисты не ожидали, что найдется сила, которая встанет на их пути. Они не могли поверить, что им может преградить путь горстка осетин, и заподозрили, что за мужеством осетинских парней стоят хорошо вооруженные и готовые к решительным действиям союзные войска. После противостояния, длившегося больше суток, непрошеные гости предпочли вернуться восвояси.

— Но ведь были и серьёзные столкновения с боевиками?

— Первыми пострадавшими были жители поселка Джава. Их остановили на выезде у села Кехви грузинские полукриминальные группировки, которые подчинялись Джабе Иоселиани. Людей высадили из автобуса и загнали в спортзал средней школы села Кехви. Их обвинили в том, что у них, якобы, в автобусе нашли оружие.

Для спасения людей было принято решение вступить в переговоры с боевиками. Рано утром вместе с главой облисполкома Анатолием Качмазовым мы поехали в село Кехви. Нас останавливали на каждом незаконно выставленном грузинами посту, но всё же нам удалось добраться до села и настоять на том, чтобы Иоселиани вступил с нами в переговоры. Он настаивал на том, что у людей было оружие. Здесь надо отметить, что все охотничье оружие, которое было у населения, изъяли за год до этих событий по требованию грузинских властей.

После долгих переговоров, нам всё же удалось добиться освобождения людей. Мы их отвезли в Джаву, где их вместе с родственниками и друзьями ждал и глава района Кочиев Казбек. Люди к тому времени уже потеряли надежду увидеть своих родных живыми и здоровыми.

— В чём, на Ваш взгляд, главное значение этой даты для осетинского народа?

— День 23 ноября вошел в историю Южной Осетии как день величайшего мужества, проявленного защитниками Отечества, день единства всего народа, поднявшегося на защиту своей свободы и земли своих предков.

Вопреки ожиданиям организаторов, так называемого «похода на Цхинвал» акция устрашения вызвала подъем национального самосознания, стала катализатором политической активности населения Южной Осетии. Народ сплотился перед лицом перед лицом смертельной угрозы, нависшей над Родиной. Очень важно, что благодаря мужеству и стойкости граждан республики, мы вписали в историю Южной Осетии неоспоримый факт — только сплотившись, объединив свои усилия ради достижения общенародной цели, мы можем успешно защищать свои интересы и добиваться реализации наших общих устремлений во благо родной земли.

Источник

Предыдущая новость

Су-35С произвели фурор демонстрацией воздушного боя Захарова прокомментировала «дипломатический провал» США Путин переживает за Каталонию, но это внутреннее дело Испании Стратегически важные объекты самого северного города России посетил замполпреда Президента в ДФО Северная Корея стала самым главным врагом США

Лента публикаций